На Артёма Самсонова подали новый иск из-за фалоимитатора на 1,5 миллиона

Житель края по фамилии Семён К. подал в суд на экс-депутата приморского Заксобрания Артёма Самсонова с требованием выплатить 1,5 миллиона рублей в качестве компенсации морального вреда за случай, случившийся восемь лет назад, как пишет "vladivostok1.ru".

Самсонов, который находится в колонии, полагает, что истца применяют для психологического давления, так как они не были знакомы. Свою позицию бывший парламентарий озвучил в Telegram-канале.

"Я могу понять актрису, которая ради привлечения внимания к своей персоне требует компенсацию от известного режиссера, познакомившего ее с чем-то более интересным, чем резиновый член. Но я не верю, что за увиденный фунтик может требовать компенсацию 20-летний мужик. А Семёну скоро исполняется 20. Определённо, кто-то его использует, причем в тёмную", - говорит Артём Самсонов.

Осужденный заявляет, что истец мог видеть предмет на базе отдыха на Шаморе не в 2018 году, а в 2019-м, когда самого фигуранта дела там не было. Самсонов добавляет, что в 2018 году предмет отсутствовал на базе, а он сам в тот момент находился за пределами страны.

"Моим адвокатам передали много фотографий, сделанных именно в 2019 году, на которых есть и дети, сидящие за столом, и фаллоимитатор, стоящий на том же столе. Только вот депутат Самсонов в 2019 году в том палаточном лагере не отдыхал. В 2018 же году Семён был в том лагере, как выяснилось на суде, лишь один раз, это было в период, когда его мама ездила в Китай, с 28 по 29 июля. Только, во-первых, я тогда не был в России, так как 27 июля улетел в Корею, а во-вторых, в лагере в 2018 году фаллоимитатора вообще не было", - говорит Артём Самсонов.

В сентябре 2022 года Артёма Самсонова осудили на 13 лет заключения за насильственные действия сексуального характера в отношении несовершеннолетнего. В настоящий момент он отбывает срок в колонии строгого режима в посёлке Волчанец.

По версии обвинения, летом 2018 года на базе отдыха Самсонов показывал 11-летнему ребенку фаллоимитатор и обсуждал способы его использования. Уголовное преследование началось спустя три года после инцидента.

Бывший депутат виновным себя не считает, утверждая, что не присутствовал на месте событий и не контактировал с потерпевшим. Представители КПРФ заявляли о политической подоплеке разбирательства, указывая на то, что доводы защиты не были объективно рассмотрены судом.